Аптекарь кто такой – Аптекарь при дворе. Кто лечил Ивана Грозного, Наполеона и Людовика XVI | История | Общество

Содержание

Аптекарь — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 27 июня 2017; проверки требуют 4 правки. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 27 июня 2017; проверки требуют 4 правки. Доктор и аптекарь. Иллюстрация из «Книги Жизни». Флоренция, 1508 Аптекарь измельчает и смешивает лекарственные вещества в ступе Аптека начала XX века

Апте́карь (нем. Apotheker) — специалист в области лекарств, современное название — фармацевт.

Покровителями аптекарей считаются святые братья-близнецы Косма и Дамиан.

История аптекарского дела в Европе[

ru.wikipedia.org

Слово АПТЕКАРЬ - Что такое АПТЕКАРЬ?

Слово аптекарь английскими буквами(транслитом) - aptekar

Слово аптекарь состоит из 8 букв: а а е к п р т ь


Значения слова аптекарь. Что такое аптекарь?

Аптекарь

Апте́карь (нем. Apotheker) — специалист в области лекарств, современное название — фармацевт. Покровителями аптекарей считаются святые братья-близнецы Косма и Дамиан. В 1231 году император Фридрих II инициировал создание сборника законов...

ru.wikipedia.org

Аптекарь, Давид

Аптекарь, Давид — еврейский писатель и типограф в Филадельфии; род. в Поневеже в 1855 г.; за участие в революционном движении А. был в 1877 г. арестован в Киеве, но ему удалось бежать в Черновицы (Австрия)…

Большая биографическая энциклопедия. - 2009

Аптекарь (опера)

«Аптекарь» (итал. Lo Speziale) — комическая опера Франца Йозефа Гайдна в одном действии по либретто Карло Гольдони. Издана в Венеции в 1755 году. Первое представление состоялось осенью 1768 года в замке князя Эстерхази.

ru.wikipedia.org

Аптекарь (роман)

«Апте́карь» (1988) — «фантастико-реалистический» роман Владимира Орлова, вторая книга цикла Останкинские истории, концептуально (но не сюжетно) может рассматриваться как продолжение романа «Альтист Данилов».

ru.wikipedia.org

АПТЕКАРЬ Хава Яковлевна

АПТЕКАРЬ Хава Яковлевна (1907, с. Вороново Уманского у. Киевской губ. - ?). Член Единой Всероссийской организации сионистской молодежи. Арестована в Зиновьевске в конце 1927. В июле 1929 - апреле 1930 в ссылке в Турткуле, затем в Чимкенте.

Список социалистов и анархистов-участников

Аптекарь, Лев Исаакович

Лев Исаа́кович Апте́карь (26 ноября 1936, Киев) — новозеландский, ранее советский, шахматист, тренер и писатель. Был 15-м на шахматном первенстве Киева в 1963 году. В середине 70-х годов уехал из СССР в Новую Зеландию.

ru.wikipedia.org

Аптекарь, Абрам Ашкенази

Аптекарь, Абрам Ашкенази — аптекарь и писатель; жил во Владимире-Волынске во 2-й половине 16 в., автор книги "םײח םס" ("Жизненный эликсир"), написанной на еврейском языке и на жаргоне и трактующей об обязанностях евреев применительно ко всем…

Большая биографическая энциклопедия. - 2009

Дежурный аптекарь

«Дежурный аптекарь» (фр. Le Pharmacien de garde) — фильм Жана Вебера, вышедший в 2003 году. Янн Лазаррек — аптекарь и идейный борец против загрязнения окружающей среды.

ru.wikipedia.org

Аптекарь, Валериан Борисович

Валериа́н Бори́сович Апте́карь (24 октября 1899, Варшава — 29 июля 1937) — советский лингвист, один из главных пропагандистов нового учения о языке. В 1918 окончил гимназию в Золотоноше, работал делопроизводителем, заведующим уездной биржей труда.

ru.wikipedia.org

Русский язык

Апте́карь, -я.

Орфографический словарь. — 2004

Апте́к/арь/.

Морфемно-орфографический словарь. — 2002

Примеры употребления слова аптекарь

Это сделал всего год спустя его соотечественник аптекарь Ник Колгейт.

Через год после того, как стоматолог запустил выпуск тюбиков, о новинке прознал все тот же аптекарь Колгейт.

Через год это сделал аптекарь Колгейт и начал весьма успешно выпускать в тюбиках зубную пасту, мази и крема.


  1. апсида
  2. аптекарский
  3. аптекарша
  4. аптекарь
  5. аптека
  6. аптеригот
  7. аптерии

wordhelp.ru

Аптекарь - это... Что такое Аптекарь?

Доктор и аптекарь. Иллюстрация из «Книги Жизни». Флоренция, 1508 Аптекарь за работой Аптека начала XX века

Апте́карь (нем. Apotheker) — специалист в области лекарств, современное название — фармацевт.

Покровителями аптекарей считаются святые братья-близнецы Косма и Дамиан.

История аптекарского дела в Европе

В 1231 году император Фридрих II инициировал создание сборника законов, составленного многочисленными учёными под названием «Liber Augustalis» («Constitutiones regni utriusque Siciliae» — Предписания для Королевства обеих Сицилий), в том же году вступившего в силу.

В последующие годы появились многочисленные приложения к нему, в числе прочих «Эдикт Салерно», состоящий из нескольких параграфов. В одном из этих приложений разграничивались профессии врача и аптекаря: врачи не могли владеть аптеками либо участвовать в их деятельности, цены на лекарства устанавливались со стороны государства во избежание искусственного взвинчивания цен, аптекарь приносил соответствующую клятву.

Первоначально «Liber Augustalis» действовал только в королевстве Сицилия, но со временем стал примером для законодателей всей Европы.

В средние века существовало два типа аптек: монастырские аптеки и светские аптеки, которые содержали профессиональные аптекари, входящие в цеховые организации. В аптеках Средневековья продавались лекарства против болезней, опустошавших Европу.

Аптечная посуда и аптечный инвентарь Средневековья и Возрождения отличались формой и родом материала, из которого были изготовлены. Позднее сосуды стали снабжаться аптечными знаками, обозначавшими как отдельные элементы, так и наиболее распространенные вещества. Для особо ценных лекарств использовали серебряную посуду. Введение аптекарских мер и распространение в рецептах указаний веса отдельных ингредиентов лекарств положило начало производству все более точных и совершенных аптекарских весов.

Постепенно аптеки стали превращаться в специально организованные помещения со специальной мебелью, перегонными кубами, ретортами и прочим химическим оборудованием, а начиная с XVI века, они стали центрами не только изготовления лекарств, но и интенсивных научных исследований.

Принцип монополии аптек, который соблюдался практически повсеместно, обеспечивал высокие прибыли. Аптекари, как правило, занимали почетные места в органах городского самоуправления, особенно в странах Центральной Европы. Аптеки располагались в центрах городов, имели характерные вывески или аптечные гербы, закрепляемые за аптеками специальными рескриптами. Интерьеры аптек приобрели более или менее унифицированный характер. Стены торгового зала занимали полки, на которых размешались банки с аптечным сырьем, альбарелло, графины или бутыли. Отличительным знаком аптеки стали чучела крокодилов, подвешенные под потолком, а также экзотические предметы, например рог единорога. Некоторые из аптек с оборудованными лабораториями, складами и торговыми помещениями оценивались в значительные суммы и владение ими или приобретение придавало их владельцам значительный вес в местном обществе.

В XVIII веке возникли возникли предпосылки возникновения на месте ремесленных аптечных мастерских промышленных производств.

В России

Еще на Киевской Руси широко были известны порошки, мази, настои и отвары. Лекарственные препараты хранили в специальных погребах, которые считаются прообразом аптек. Однако аптек в современном понимании этого слова не было, не существовало и разделения профессиональных обязанностей между врачами и аптекарями.

Первые аптекари в России появились в 1547 г., когда Иван Грозный отправил своего посла Ганса Шмета в западные страны за врачами и аптекарями для царской семьи. Одним из этих аптекарей был Арендт Классен, голландец по происхождению. Также известно, что в 1567 г. русский посол Дженнин привез в Россию врача Майкла Рейнольдса и аптекаря Томаса Варвера, погибшего в 1571 г. во время пожара в Москве. В 1581 г. в Москву на службу к Ивану Грозному королева Елизавета I Английская отправила нескольких специалистов, в том числе и аптекаря Джеймса Френча, которого в России прозвали Яковом Астафьевым. В Кремле напротив Чудова монастыря им была открыта первая в России аптека для царской семьи.

В 1613 году на престол взошел царь Михаил Фёдорович, и для русской медицины наступила новая эпоха. Для управления медицинским делом была создана Аптекарская палата, которая контролировала лечение царской семьи и изготовление в аптеке лекарств.

В 1620 г. Аптекарская палата стала правительственным учреждением и была переименована в Аптекарский приказ, во главе которого стояло особо доверенное лицо государя. Он существовал около полувека и в 1714 г. был преобразован Петром I в медицинскую канцелярию. Приказ ведал всеми медиками: докторами, лекарями, аптекарями, окулистами, алхимистами, костоправами и другими.

Выписанный доктором рецепт отправлялся в Аптекарский приказ вместе с описанием фармакологического действия каждого компонента этого средства. Все это докладывалось царю, который давал разрешение на изготовление лекарства. После приготовления лекарства его должны были попробовать аптекари, врач и кто-нибудь еще. Состав лекарства и фамилия изготовителя записывались в книгу, которая проверялась и хранилась у начальника Аптекарского приказа.

Аптекари испытывали поступавшие в Аптекарский приказ лекарства, готовили смеси различных продуктов, мази и препараты на основе винной плесени. В лабораториях существовали весы, на которых можно было взвесить количество вещества, равное ячменному зерну. Объем жидкости измерялся при помощи яичной скорлупы. Лабораторное оборудование, посуда делались на заводах плотниками и гончарными мастерами. Наиболее известными алхимиками и аптекарями этого периода являлись Тихон Ананьин, Василий Шилов, Андрей Иванов, Роман Ульянов, Иван Михайлов и другие.

Аптекари вели подробные инвентарные книги вверенной им аптеки, постоянно отмечая в ней наличность лекарственных веществ, с оценкою их. Кроме того, при аптеке имелась еще особая «ценовная книга», по которой должны были продаваться лекарства. Внутреннее благоустройство московских царских аптек XVII столетия вызывало самые лестные отзывы современников, отличаясь не только полнотою и изобилием своего инвентаря, но даже известною роскошью. Вся аптечная посуда была из шлифованного хрусталя, с позолоченными крышками; некоторые аптечные принадлежности сделаны были из чистого серебра.

Лекарственные вещества, необходимые для московских аптек, приобретались отчасти за границей, a отчасти добывались и в пределах России, для чего в ведении Аптекарского приказа устраивались особые «Аптекарский огородаптечные огороды» с целью акклиматизации и разведения лекарственных злаков. Широко использовались настойки, пилюли, масла, бальзамы, экстракты, порошки, пластыри, мази, сборы, свечи, настои и другие лекарственные формы. В качестве снотворного средства применялся мак, от различных простудных заболеваний — лук, чеснок, растирания, сало, настойки и др.

Уже довольно рано иноземным лекарям и аптекарям велено было брать к себе русских учеников для обучения их врачебному делу. Ученики изучали фармакологию, анатомию по скелетам и хирургию, изготовлению лекарств они обучались непосредственно в аптеках. В 1678 году в личном составе московского врачебного персонала упоминаются 2 русских аптекарских мастера, 5 русских лекарей и 8 русских лекарских учеников. В царствование Феодора Алексеевича число русских лекарей возросло до 58, a в конце XVII века русские лекари, подлекари, лекарские и аптекарские ученики, костоправы, рудометы и цирульники уже постоянно фигурировали в списках врачебного персонала, подведомственного Аптекарскому приказу.

Во второй половине XVII в. в России существовали уже 2 аптеки: Старая аптека, созданная еще аптекарем Д. Френчем при правлении Ивана Грозного для царской семьи и Новая, основанная в 1672 г., продавала лекарства для людей различного сословия и помещалась в Гостином дворе. Обе аптеки контролировал Аптекарский приказ.

Указ царей Ивана и Петра Алексеевичей «Об улучшении постановки аптечного и медицинского дела в Аптекарском приказе», предписывал каждому доктору и аптекарю принимать присягу и клятву.

В 1714 г. Аптекарский приказ был преобразован Петром I в государственное учреждение, которое контролировало военно-медицинские дела России. Затем Аптекарский приказ стал Аптекарской канцелярией, в 1721 г. — Медицинской коллегией, а через некоторое время — в Медицинской канцелярией. Эти учреждения контролировали изготовление и отпуск лекарств в аптеках. Для армии существовали полевые аптеки, через которые осуществлялось снабжение войск лекарствами и другими необходимыми медицинскими средствами. Петр I стремился расширить доступ к лекарствам и для простого люда, во второй половине XVIII в. в Москве насчитывали 14 аптек.

В конце XIX — в начале ХХ вв. происходило быстрое развитие физики и химии, что способствовало разработке новых методов получения лекарств, их анализа и созданию аппаратов и приборов для работы в аптеках. Известные ученые: М. В. Ломоносов, С. П. Крашенинников, Т. Е. Ловиц, И. И. Лепехин, Д. И. Менделеев разрабатывали теории и методы синтеза и анализа веществ, получения различных новых лекарств и изучения лекарственных растений, произрастающих на территории России. В 1873 г. Министерство внутренних дел России утвердило правила открытия аптек, в которых указал число жителей на 1 аптеку, расстояние между аптеками.

В 1870 г. было разрешено открывать заводы и фабрики для изготовления лекарственных средств и оборудования для аптек и лабораторий. В 1898 г. в России таких предприятий было более 15.

После Великой Октябрьской социалистической революции все аптеки были национализированы и контролировались Народным комиссариатом здравоохранения.

В 1931 г. было создано РАПО (Российское аптечное объединение), которое, просуществовав до 1935 г., было преобразовано в ГАПУ (Главное аптечное управление). До начала Великой Отечественной войны количество аптек росло с невероятной быстротой и составляло около 9750, кроме того, в стране было около 300 аптечных складов, а также примерно 150 фабрик, заводов и лабораторий в составе медицинской промышленности.

Контроль аптечным делом в стране производил Аптечный отдел Наркомздрава СССР. Аптечное дело было сформировано в организованную систему.

Известные аптекари мира

Марка, выпущенная Немецкой почтой к 750-летию аптечного дела

См. также

Ссылки

dic.academic.ru

Аптекарь — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Апте́карь (нем. Apotheker) — специалист в области лекарств, современное название — фармацевт.

Покровителями аптекарей считаются святые братья-близнецы Косма и Дамиан.

История аптекарского дела в Европе

В 1231 году император Фридрих II инициировал создание сборника законов, составленного многочисленными учёными под названием «Liber Augustalis» («Constitutiones regni utriusque Siciliae» — Предписания для Королевства обеих Сицилий), в том же году вступившего в силу.

В последующие годы появились многочисленные приложения к нему, в числе прочих «Эдикт Салерно», состоящий из нескольких параграфов. В одном из этих приложений разграничивались профессии врача и аптекаря: врачи не могли владеть аптеками либо участвовать в их деятельности, цены на лекарства устанавливались со стороны государства во избежание искусственного взвинчивания цен, аптекарь приносил соответствующую клятву.

Первоначально «Liber Augustalis» действовал только в королевстве Сицилия, но со временем стал примером для законодателей всей Европы.

В Средние века существовало два типа аптек: монастырские аптеки и светские аптеки, которые содержали профессиональные аптекари, входящие в цеховые организации. В аптеках Средневековья продавались лекарства против болезней, опустошавших Европу.

Аптечная посуда и аптечный инвентарь Средневековья и Возрождения отличались формой и родом материала, из которого были изготовлены. Позднее сосуды стали снабжаться аптечными знаками, обозначавшими как отдельные элементы, так и наиболее распространенные вещества. Для особо ценных лекарств использовали серебряную посуду. Введение аптекарских мер и распространение в рецептах указаний веса отдельных ингредиентов лекарств положило начало производству все более точных и совершенных аптекарских весов.

Постепенно аптеки стали превращаться в специально организованные помещения со специальной мебелью, перегонными кубами, ретортами и прочим химическим оборудованием, а начиная с XVI века, они стали центрами не только изготовления лекарств, но и интенсивных научных исследований.

Принцип монополии аптек, который соблюдался практически повсеместно, обеспечивал высокие прибыли. Аптекари, как правило, занимали почётные места в органах городского самоуправления, особенно в странах Центральной Европы. Аптеки располагались в центрах городов, имели характерные вывески или аптечные гербы, закрепляемые за аптеками специальными рескриптами. Интерьеры аптек приобрели более или менее унифицированный характер. Стены торгового зала занимали полки, на которых размешались банки с аптечным сырьем, альбарелло, графины или бутыли. Отличительным знаком аптеки стали чучела крокодилов, подвешенные под потолком, а также экзотические предметы, например рог единорога. Некоторые из аптек с оборудованными лабораториями, складами и торговыми помещениями оценивались в значительные суммы и владение ими или приобретение придавало их владельцам значительный вес в местном обществе.

В XVIII веке возникли возникли предпосылки возникновения на месте ремесленных аптечных мастерских промышленных производств.

В России

Еще на Киевской Руси широко были известны порошки, мази, настои и отвары. Лекарственные препараты хранили в специальных погребах, которые считаются прообразом аптек. Однако аптек в современном понимании этого слова не было, не существовало и разделения профессиональных обязанностей между врачами и аптекарями.

Первые аптекари в России появились в 1547 г., когда Иван Грозный отправил своего посла Ганса Шмета в западные страны за врачами и аптекарями для царской семьи. Одним из этих аптекарей был Арендт Классен, голландец по происхождению. Также известно, что в 1567 г. русский посол Дженнин привез в Россию врача Майкла Рейнольдса и аптекаря Томаса Варвера, погибшего в 1571 г. во время пожара в Москве. В 1581 г. в Москву на службу к Ивану Грозному королева Елизавета I Английская отправила нескольких специалистов, в том числе и аптекаря Джеймса Френча, которого в России прозвали Яковом Астафьевым. В Кремле напротив Чудова монастыря им была открыта первая в России аптека для царской семьи.

В 1613 году на престол взошел царь Михаил Фёдорович, и для русской медицины наступила новая эпоха. Для управления медицинским делом была создана Аптекарская палата, которая контролировала лечение царской семьи и изготовление в аптеке лекарств.

В 1620 г. Аптекарская палата стала правительственным учреждением и была переименована в Аптекарский приказ, во главе которого стояло особо доверенное лицо государя. Он существовал около полувека и в 1714 г. был преобразован Петром I в медицинскую канцелярию. Приказ ведал всеми медиками: докторами, лекарями, аптекарями, окулистами, алхимистами, костоправами и другими.

Выписанный доктором рецепт отправлялся в Аптекарский приказ вместе с описанием фармакологического действия каждого компонента этого средства. Все это докладывалось царю, который давал разрешение на изготовление лекарства. После приготовления лекарства его должны были попробовать аптекари, врач и кто-нибудь еще. Состав лекарства и фамилия изготовителя записывались в книгу, которая проверялась и хранилась у начальника Аптекарского приказа.

Аптекари испытывали поступавшие в Аптекарский приказ лекарства, готовили смеси различных продуктов, мази и препараты на основе винной плесени. В лабораториях существовали весы, на которых можно было взвесить количество вещества, равное ячменному зерну. Объем жидкости измерялся при помощи яичной скорлупы. Лабораторное оборудование, посуда делались на заводах плотниками и гончарными мастерами. Наиболее известными алхимиками и аптекарями этого периода являлись Тихон Ананьин, Василий Шилов, Андрей Иванов, Роман Ульянов, Иван Михайлов и другие.

Аптекари вели подробные инвентарные книги вверенной им аптеки, постоянно отмечая в ней наличность лекарственных веществ, с оценкою их. Кроме того, при аптеке имелась еще особая «ценовная книга», по которой должны были продаваться лекарства. Внутреннее благоустройство московских царских аптек XVII столетия вызывало самые лестные отзывы современников, отличаясь не только полнотою и изобилием своего инвентаря, но даже известною роскошью. Вся аптечная посуда была из шлифованного хрусталя, с позолоченными крышками; некоторые аптечные принадлежности сделаны были из чистого серебра.

Лекарственные вещества, необходимые для московских аптек, приобретались отчасти за границей, a отчасти добывались и в пределах России, для чего в ведении Аптекарского приказа устраивались особые «аптечные огороды» с целью акклиматизации и разведения лекарственных злаков. Широко использовались настойки, пилюли, масла, бальзамы, экстракты, порошки, пластыри, мази, сборы, свечи, настои и другие лекарственные формы. В качестве снотворного средства применялся мак, от различных простудных заболеваний — лук, чеснок, растирания, сало, настойки и др.

Уже довольно рано иноземным лекарям и аптекарям велено было брать к себе русских учеников для обучения их врачебному делу. Ученики изучали фармакологию, анатомию по скелетам и хирургию, изготовлению лекарств они обучались непосредственно в аптеках. В 1678 году в личном составе московского врачебного персонала упоминаются 2 русских аптекарских мастера, 5 русских лекарей и 8 русских лекарских учеников. В царствование Феодора Алексеевича число русских лекарей возросло до 58, a в конце XVII века русские лекари, подлекари, лекарские и аптекарские ученики, костоправы, рудометы и цирульники уже постоянно фигурировали в списках врачебного персонала, подведомственного Аптекарскому приказу.

Во второй половине XVII в. в России существовали уже 2 аптеки: Старая аптека, созданная еще аптекарем Д. Френчем при правлении Ивана Грозного для царской семьи и Новая, основанная в 1672 г., продавала лекарства для людей различного сословия и помещалась в Гостином дворе. Обе аптеки контролировал Аптекарский приказ.

Указ царей Ивана и Петра Алексеевичей «Об улучшении постановки аптечного и медицинского дела в Аптекарском приказе», предписывал каждому доктору и аптекарю принимать присягу и клятву.

В 1714 г. Аптекарский приказ был преобразован Петром I в государственное учреждение, которое контролировало военно-медицинские дела России. Затем Аптекарский приказ стал Аптекарской канцелярией, в 1721 г. — Медицинской коллегией, а через некоторое время — в Медицинской канцелярией. Эти учреждения контролировали изготовление и отпуск лекарств в аптеках. Для армии существовали полевые аптеки, через которые осуществлялось снабжение войск лекарствами и другими необходимыми медицинскими средствами. Петр I стремился расширить доступ к лекарствам и для простого люда, во второй половине XVIII в. в Москве насчитывали 14 аптек.

В конце XIX — в начале ХХ вв. происходило быстрое развитие физики и химии, что способствовало разработке новых методов получения лекарств, их анализа и созданию аппаратов и приборов для работы в аптеках. Известные ученые: М. В. Ломоносов, С. П. Крашенинников, Т. Е. Ловиц, И. И. Лепехин, Д. И. Менделеев разрабатывали теории и методы синтеза и анализа веществ, получения различных новых лекарств и изучения лекарственных растений, произрастающих на территории России. В 1873 г. Министерство внутренних дел России утвердило правила открытия аптек, в которых указал число жителей на 1 аптеку, расстояние между аптеками.

В 1870 г. было разрешено открывать заводы и фабрики для изготовления лекарственных средств и оборудования для аптек и лабораторий. В 1898 г. в России таких предприятий было более 15.

После Великой Октябрьской социалистической революции все аптеки были национализированы и контролировались Народным комиссариатом здравоохранения.

В 1931 г. было создано РАПО (Российское аптечное объединение), которое, просуществовав до 1935 г., было преобразовано в ГАПУ (Главное аптечное управление). До начала Великой Отечественной войны количество аптек росло с невероятной быстротой и составляло около 9750, кроме того, в стране было около 300 аптечных складов, а также примерно 150 фабрик, заводов и лабораторий в составе медицинской промышленности.

Контроль аптечным делом в стране производил Аптечный отдел Наркомздрава СССР. Аптечное дело было сформировано в организованную систему.

Известные аптекари мира

См. также

Напишите отзыв о статье "Аптекарь"

Ссылки

  • [http://www.allpravo.ru/library/doc76p0/instrum3732/item3903.html Развитие санитарно-медицинской полиции в России]
  • Марчукова С. М. [http://www.bibliotekar.ru/421/63.htm Аптекарский приказ] // Медицина в зеркале истории

Отрывок, характеризующий Аптекарь

– Монастырь?!! Но она никогда не была верующей, Ваше святейшество, она потомственная Ведьма, и ничто на свете не заставит её быть другой. Это то, кто она есть, и она никогда не сможет измениться. Даже если Вы её уничтожите, она всё равно останется Ведьмой! Так же, как я и моя мать. Вы не сможете сделать из неё верующую!
– Какое же Вы дитя, мадонна Изидора!.. – искренне рассмеялся Караффа. – Никто не собирается делать из неё «верующую». Думаю, она может прекрасно послужить нашей святой церкви, оставаясь именно тем, кто она есть. А воз-можно даже и больше. У меня на Вашу дочь далеко идущие планы...
– Что Вы имеете в виду, ваше святейшество? И причём здесь всё-таки монастырь? – застывшими губами прошептала я.
Меня трясло. Всё это не укладывалось в голове, и я пока что ничего не понимала, только чувствовала, что Караффа говорит правду. Одно лишь меня пугало до полусмерти – какие такие «далекоидущие» планы у этого страшного человека могли быть на мою бедную девочку?!..
– Успокойтесь, Изидора, и перестаньте ждать от меня всё время чего-то ужасного! Вы провоцируете судьбу, знаете ли... Дело в том, что монастырь, о котором я говорю, очень непростой... И за пределами его стен, о нём не знает почти ни одна душа. Это монастырь исключительно для Ведунов и Ведьм. И он стоит уже тысячи лет. Я был там несколько раз. Я учился там... Но, к сожалению, не нашёл, что искал. Они отвергли меня... – Караффа на мгновение задумался и, к моему удивлению, вдруг стал очень печальным. – Но я уверен, что Анна понравится им. И ещё я уверен, что им будет чему научить Вашу талантливую дочь, Изидора.
– Не говорите ли Вы про Мэтэору*, Ваше святейшество? – заранее зная ответ, всё же спросила я.
От удивления брови Караффы поползли на лоб. Видимо он никак не ожидал, что я об этом слыхала...
– Вы знаете их? Вы там бывали?!..
– Нет, там бывал мой отец, Ваше святейшество. Но он потом многому научил меня (позже я дико пожалела, что сообщила ему это...). Чему Вы хотите обучать там мою дочь, святейшество?! И зачем?.. Ведь для того, чтобы объявить её Ведьмой, у Вас уже сейчас достаточно доказательств. Всё равно ведь позже Вы попытаетесь сжечь её, как всех остальных, не так ли?!..
Караффа опять улыбнулся...
– Почему Вы уцепились за эту глупую мысль, мадонна? Я не собираюсь причинять никакого вреда Вашей милой дочери! Она ещё сможет великолепно послужить нам! Я очень долго искал Ведунью, которая ещё совсем дитя, чтобы научить её всему, что знают «монахи» в Мэтэоре. И чтобы она потом помогала мне в поисках колдунов и ведьм, таких, какой была когда-то она сама. Только тогда она уже будет ведьмой от Бога.
Караффа не казался сумасшедшим, он БЫЛ им... Иначе нельзя было при-нять то, что он говорил сейчас! Это не было нормальным, и поэтому ещё больше страшило меня.
– Простите, если я что-то не так поняла, Ваше святейшество... Но разве же могут быть Ведьмы от Бога?!..
– Ну, конечно же, Изидора! – искренне поражаясь моему «невежеству», засмеялся Караффа. – Если она будет использовать своё знание и умение во имя церкви, это будет приходить к ней уже от Бога, так как она будет творить во имя Его! Неужели Вам это не понятно?..
Нет, мне не было понятно!.. И говорил это человек с совершенно больным воображением, который, к тому же, искренне верил в то, о чём говорил!.. Он был невероятно опасным в своём сумасшествии и, к тому же, имел неограниченную власть. Его фанатизм переходил все границы, и кто-то должен был его остановить.
– Если Вы знаете, как заставить нас служить церкви, почему же тогда Вы сжигаете нас?!.. – рискнула спросить я. – Ведь то, чем мы обладаем, нельзя приобрести ни за какие деньги. Почему же Вы не цените это? Почему продолжаете уничтожать нас? Если Вы хотели научиться чему-то, почему не попросите научить Вас?..
– Потому, что бесполезно пробовать изменить то, что уже мыслит, мадонна. Я не могу изменить ни Вас, ни Вам подобных... Я могу лишь испугать Вас. Или убить. Но это не даст мне того, о чём я так долго мечтал. Анна же ещё совсем мала, и её можно научить любви к Господу, не отнимая при этом её удивительный Дар. Вам же это делать бесполезно, так как, даже если Вы поклянётесь мне вере в Него – я не поверю Вам.
– И Вы будете совершенно правы, Ваше святейшество, – спокойно сказала я.
Караффа поднялся, собираясь уходить.
– Всего один вопрос, и я очень прошу Вас ответить на него... если можете. Ваша защита, она из этого же монастыря?
– Так же, как и Ваша молодость, Изидора... – улыбнулся Караффа. – Я вернусь через час.
Значит, я была права – свою странную «непробиваемую» защиту он получил именно там, в Мэтэоре!!! Но почему же тогда её не знал мой отец?! Или Караффа был там намного позже? И тут вдруг меня осенила ещё одна мысль!.. Молодость!!! Вот чего добивался, но не получил Караффа! Видимо он был наслышан о том, сколько живут и как уходят из «физической» жизни настоящие Ведьмы и Ведуны. И ему дико захотелось получить это для себя... чтобы успеть пережечь оставшуюся «непослушную» половину существующей Европы, а потом властвовать над оставшимися, изображая «святого праведника», милостиво сошедшего на «грешную» землю, чтобы спасать наши «пропащие души».
Это было правдой – мы могли жить долго. Даже слишком долго... И «ухо-дили», когда по-настоящему уставали жить, или считали, что не могли более никому помочь. Секрет долголетия передавался от родителей – к детям, потом – внукам, и так далее, пока оставался в семье хоть один исключительно одарённый ребёнок, который мог его перенять... Но давалось бессмертие не каждому потомственному Ведуну или Ведьме. Оно требовало особых качеств, которых, к сожалению, удостаивались не все одарённые потомки. Это зависело от силы духа, чистоты сердца, «подвижности» тела, и самое главное – от высоты уровня их души ... ну и многого ещё другого. И я думаю, это было правильно. Потому что тем, кто жаждал научиться всему, что умели мы – настоящие Ведуны – простой человеческой жизни на это, к сожалению, не хватало. Ну, а тем, которые не хотели знать так много – длинная жизнь и не была нужна. Поэтому такой жёсткий отбор, думаю, являлся абсолютно правильным. И Караффа хотел того же. Он считал себя достойным...
У меня зашевелились волосы, когда я только подумала о том, что бы мог натворить на Земле этот злой человек, если бы жил так же долго!..
Но все эти тревоги можно было оставить на потом. А пока – здесь находилась Анна!.. И всё остальное не имело никакого значения. Я обернулась – она стояла, не сводя с меня своих огромных лучистых глаз!.. И я в то же мгновение забыла и про Караффу, и про монастырь, да и обо всём остальном на свете!.. Кинувшись в мои раскрытые объятия, моя бедная малышка застыла, без конца повторяя только одно-единственное слово: «Мама, мамочка, мама…».
Я гладила её длинные шелковистые волосы, вдыхая их новый, незнакомый мне аромат и прижимая к себе её хрупкое худенькое тельце, готова была умереть прямо сейчас, только бы не прерывалось это чудесное мгновение...
Анна судорожно жалась ко мне, крепко цепляясь за меня худыми ручонками, как бы желая раствориться, спрятаться во мне от ставшего вдруг таким чудовищным и незнакомым мира... который был для неё когда-то светлым и добрым, и таким родным!..
За что нам был дан этот ужас?!.. Что мы свершили такое, чтобы заслужить всю эту боль?.. Ответов на это не было... Да наверное и не могло было быть.
Я до потери сознания боялась за свою бедную малышку!.. Даже при её раннем возрасте, Анна была очень сильной и яркой личностью. Она никогда не шла на компромиссы и никогда не сдавалась, борясь до конца, несмотря на обстоятельства. И ничего не боялась...
«Бояться чего-то – значит принимать возможность поражения. Не допускай страх в своё сердце, родная» – Анна хорошо усвоила уроки своего отца...
И теперь, видя её, возможно, в последний раз, я должна была успеть научить её обратному – «не идти напролом» тогда, когда от этого зависела её жизнь. Это никогда не являлось одним из моих жизненных «законов». Я научилась этому только сейчас, наблюдая, как в жутком подвале Караффы уходил из жизни её светлый и гордый отец... Анна была последней Ведуньей в нашей семье, и она должна была выжить, во что бы то ни стало, чтобы успеть родить сына или дочь, которые продолжили бы то, что так бережно хранила столетиями наша семья. Она должна была выжить. Любой ценой... Кроме предательства.
– Мамочка, пожалуйста, не оставляй меня с ним!.. Он очень плохой! Я вижу его. Он страшный!
– Ты... – что?!! Ты можешь видеть его?! – Анна испуганно кивнула. Видимо я была настолько ошарашенной, что своим видом напугала её. – А можешь ли ты пройти сквозь его защиту?..
Анна опять кивнула. Я стояла, совершенно потрясённой, не в состоянии понять – КАК она могла это сделать??? Но это сейчас не было важно. Важно было лишь то, что хотя бы кто-то из нас мог «видеть» его. А это означало – возможно, и победить его.
– Ты можешь посмотреть его будущее? Можешь?! Скажи мне, солнце моё, уничтожим ли мы его?!.. Скажи мне, Аннушка!
Меня трясло от волнения – я жаждала слышать, что Караффа умрёт, мечтала видеть его поверженным!!! О, как же я мечтала об этом!.. Сколько дней и ночей я составляла фантастические планы, один сумасшедшее другого, чтобы только очистить землю от этой кровожадной гадюки!.. Но ничего не получалось, я не могла «читать» его чёрную душу. И вот теперь это произошло – моя малышка могла видеть Караффу! У меня появилась надежда. Мы могли уничтожить его вдвоём, объединив свои «ведьмины» силы!
Но я обрадовалась слишком рано... Легко прочитав мои, бушующие радостью мысли, Анна грустно покачала головкой:
– Мы не победим его, мама... Это он уничтожит всех нас. Он уничтожит очень многих, как мы. От него не будет спасения. Прости меня, мама... – по худым щёчкам Анны катились горькие, горячие слёзы.
– Ну что ты, родная моя, что ты... Это ведь не твоя вина, если ты видишь не то, что нам хочется! Успокойся, солнце моё. Мы ведь не опускаем руки, правда, же?
Анна кивнула.
– Слушай меня, девочка...– легко встряхнув дочку за хрупкие плечики, как можно ласковее прошептала я. – Ты должна быть очень сильной, запомни! У нас нет другого выбора – мы всё равно будем бороться, только уже другими силами. Ты пойдёшь в этот монастырь. Если я не ошибаюсь, там живут чудесные люди. Они – такие как мы. Только наверно ещё сильнее. Тебе будет хорошо с ними. А за это время я придумаю, как нам уйти от этого человека, от Папы... Я обязательно что-то придумаю. Ты ведь веришь мне, правда?
Малышка опять кивнула. Её чудесные большие глаза утопали в озёрах слёз, выливая целые потоки... Но Анна плакала молча... горькими, тяжёлыми, взрослыми слезами. Ей было очень страшно. И очень одиноко. И я не могла быть ря-дом с ней, чтобы её успокоить...
Земля уходила у меня из под ног. Я упала на колени, обхватив руками свою милую девочку, ища в ней покоя. Она была глотком живой воды, по которому плакала моя измученная одиночеством и болью душа! Теперь уже Анна нежно гладила мою уставшую голову своей маленькой ладошкой, что-то тихо нашёптывая и успокаивая. Наверное, мы выглядели очень грустной парой, пытавшейся «облегчить» друг для друга хоть на мгновение, нашу исковерканную жизнь...

o-ili-v.ru

Аптекарь — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Апте́карь (нем. Apotheker) — специалист в области лекарств, современное название — фармацевт.

Покровителями аптекарей считаются святые братья-близнецы Косма и Дамиан.

История аптекарского дела в Европе

В 1231 году император Фридрих II инициировал создание сборника законов, составленного многочисленными учёными под названием «Liber Augustalis» («Constitutiones regni utriusque Siciliae» — Предписания для Королевства обеих Сицилий), в том же году вступившего в силу.

В последующие годы появились многочисленные приложения к нему, в числе прочих «Эдикт Салерно», состоящий из нескольких параграфов. В одном из этих приложений разграничивались профессии врача и аптекаря: врачи не могли владеть аптеками либо участвовать в их деятельности, цены на лекарства устанавливались со стороны государства во избежание искусственного взвинчивания цен, аптекарь приносил соответствующую клятву.

Первоначально «Liber Augustalis» действовал только в королевстве Сицилия, но со временем стал примером для законодателей всей Европы.

В Средние века существовало два типа аптек: монастырские аптеки и светские аптеки, которые содержали профессиональные аптекари, входящие в цеховые организации. В аптеках Средневековья продавались лекарства против болезней, опустошавших Европу.

Аптечная посуда и аптечный инвентарь Средневековья и Возрождения отличались формой и родом материала, из которого были изготовлены. Позднее сосуды стали снабжаться аптечными знаками, обозначавшими как отдельные элементы, так и наиболее распространенные вещества. Для особо ценных лекарств использовали серебряную посуду. Введение аптекарских мер и распространение в рецептах указаний веса отдельных ингредиентов лекарств положило начало производству все более точных и совершенных аптекарских весов.

Постепенно аптеки стали превращаться в специально организованные помещения со специальной мебелью, перегонными кубами, ретортами и прочим химическим оборудованием, а начиная с XVI века, они стали центрами не только изготовления лекарств, но и интенсивных научных исследований.

Принцип монополии аптек, который соблюдался практически повсеместно, обеспечивал высокие прибыли. Аптекари, как правило, занимали почётные места в органах городского самоуправления, особенно в странах Центральной Европы. Аптеки располагались в центрах городов, имели характерные вывески или аптечные гербы, закрепляемые за аптеками специальными рескриптами. Интерьеры аптек приобрели более или менее унифицированный характер. Стены торгового зала занимали полки, на которых размешались банки с аптечным сырьем, альбарелло, графины или бутыли. Отличительным знаком аптеки стали чучела крокодилов, подвешенные под потолком, а также экзотические предметы, например рог единорога. Некоторые из аптек с оборудованными лабораториями, складами и торговыми помещениями оценивались в значительные суммы и владение ими или приобретение придавало их владельцам значительный вес в местном обществе.

В XVIII веке возникли возникли предпосылки возникновения на месте ремесленных аптечных мастерских промышленных производств.

В России

Еще на Киевской Руси широко были известны порошки, мази, настои и отвары. Лекарственные препараты хранили в специальных погребах, которые считаются прообразом аптек. Однако аптек в современном понимании этого слова не было, не существовало и разделения профессиональных обязанностей между врачами и аптекарями.

Первые аптекари в России появились в 1547 г., когда Иван Грозный отправил своего посла Ганса Шмета в западные страны за врачами и аптекарями для царской семьи. Одним из этих аптекарей был Арендт Классен, голландец по происхождению. Также известно, что в 1567 г. русский посол Дженнин привез в Россию врача Майкла Рейнольдса и аптекаря Томаса Варвера, погибшего в 1571 г. во время пожара в Москве. В 1581 г. в Москву на службу к Ивану Грозному королева Елизавета I Английская отправила нескольких специалистов, в том числе и аптекаря Джеймса Френча, которого в России прозвали Яковом Астафьевым. В Кремле напротив Чудова монастыря им была открыта первая в России аптека для царской семьи.

В 1613 году на престол взошел царь Михаил Фёдорович, и для русской медицины наступила новая эпоха. Для управления медицинским делом была создана Аптекарская палата, которая контролировала лечение царской семьи и изготовление в аптеке лекарств.

В 1620 г. Аптекарская палата стала правительственным учреждением и была переименована в Аптекарский приказ, во главе которого стояло особо доверенное лицо государя. Он существовал около полувека и в 1714 г. был преобразован Петром I в медицинскую канцелярию. Приказ ведал всеми медиками: докторами, лекарями, аптекарями, окулистами, алхимистами, костоправами и другими.

Выписанный доктором рецепт отправлялся в Аптекарский приказ вместе с описанием фармакологического действия каждого компонента этого средства. Все это докладывалось царю, который давал разрешение на изготовление лекарства. После приготовления лекарства его должны были попробовать аптекари, врач и кто-нибудь еще. Состав лекарства и фамилия изготовителя записывались в книгу, которая проверялась и хранилась у начальника Аптекарского приказа.

Аптекари испытывали поступавшие в Аптекарский приказ лекарства, готовили смеси различных продуктов, мази и препараты на основе винной плесени. В лабораториях существовали весы, на которых можно было взвесить количество вещества, равное ячменному зерну. Объем жидкости измерялся при помощи яичной скорлупы. Лабораторное оборудование, посуда делались на заводах плотниками и гончарными мастерами. Наиболее известными алхимиками и аптекарями этого периода являлись Тихон Ананьин, Василий Шилов, Андрей Иванов, Роман Ульянов, Иван Михайлов и другие.

Аптекари вели подробные инвентарные книги вверенной им аптеки, постоянно отмечая в ней наличность лекарственных веществ, с оценкою их. Кроме того, при аптеке имелась еще особая «ценовная книга», по которой должны были продаваться лекарства. Внутреннее благоустройство московских царских аптек XVII столетия вызывало самые лестные отзывы современников, отличаясь не только полнотою и изобилием своего инвентаря, но даже известною роскошью. Вся аптечная посуда была из шлифованного хрусталя, с позолоченными крышками; некоторые аптечные принадлежности сделаны были из чистого серебра.

Лекарственные вещества, необходимые для московских аптек, приобретались отчасти за границей, a отчасти добывались и в пределах России, для чего в ведении Аптекарского приказа устраивались особые «аптечные огороды» с целью акклиматизации и разведения лекарственных злаков. Широко использовались настойки, пилюли, масла, бальзамы, экстракты, порошки, пластыри, мази, сборы, свечи, настои и другие лекарственные формы. В качестве снотворного средства применялся мак, от различных простудных заболеваний — лук, чеснок, растирания, сало, настойки и др.

Уже довольно рано иноземным лекарям и аптекарям велено было брать к себе русских учеников для обучения их врачебному делу. Ученики изучали фармакологию, анатомию по скелетам и хирургию, изготовлению лекарств они обучались непосредственно в аптеках. В 1678 году в личном составе московского врачебного персонала упоминаются 2 русских аптекарских мастера, 5 русских лекарей и 8 русских лекарских учеников. В царствование Феодора Алексеевича число русских лекарей возросло до 58, a в конце XVII века русские лекари, подлекари, лекарские и аптекарские ученики, костоправы, рудометы и цирульники уже постоянно фигурировали в списках врачебного персонала, подведомственного Аптекарскому приказу.

Во второй половине XVII в. в России существовали уже 2 аптеки: Старая аптека, созданная еще аптекарем Д. Френчем при правлении Ивана Грозного для царской семьи и Новая, основанная в 1672 г., продавала лекарства для людей различного сословия и помещалась в Гостином дворе. Обе аптеки контролировал Аптекарский приказ.

Указ царей Ивана и Петра Алексеевичей «Об улучшении постановки аптечного и медицинского дела в Аптекарском приказе», предписывал каждому доктору и аптекарю принимать присягу и клятву.

В 1714 г. Аптекарский приказ был преобразован Петром I в государственное учреждение, которое контролировало военно-медицинские дела России. Затем Аптекарский приказ стал Аптекарской канцелярией, в 1721 г. — Медицинской коллегией, а через некоторое время — в Медицинской канцелярией. Эти учреждения контролировали изготовление и отпуск лекарств в аптеках. Для армии существовали полевые аптеки, через которые осуществлялось снабжение войск лекарствами и другими необходимыми медицинскими средствами. Петр I стремился расширить доступ к лекарствам и для простого люда, во второй половине XVIII в. в Москве насчитывали 14 аптек.

В конце XIX — в начале ХХ вв. происходило быстрое развитие физики и химии, что способствовало разработке новых методов получения лекарств, их анализа и созданию аппаратов и приборов для работы в аптеках. Известные ученые: М. В. Ломоносов, С. П. Крашенинников, Т. Е. Ловиц, И. И. Лепехин, Д. И. Менделеев разрабатывали теории и методы синтеза и анализа веществ, получения различных новых лекарств и изучения лекарственных растений, произрастающих на территории России. В 1873 г. Министерство внутренних дел России утвердило правила открытия аптек, в которых указал число жителей на 1 аптеку, расстояние между аптеками.

В 1870 г. было разрешено открывать заводы и фабрики для изготовления лекарственных средств и оборудования для аптек и лабораторий. В 1898 г. в России таких предприятий было более 15.

После Великой Октябрьской социалистической революции все аптеки были национализированы и контролировались Народным комиссариатом здравоохранения.

В 1931 г. было создано РАПО (Российское аптечное объединение), которое, просуществовав до 1935 г., было преобразовано в ГАПУ (Главное аптечное управление). До начала Великой Отечественной войны количество аптек росло с невероятной быстротой и составляло около 9750, кроме того, в стране было около 300 аптечных складов, а также примерно 150 фабрик, заводов и лабораторий в составе медицинской промышленности.

Контроль аптечным делом в стране производил Аптечный отдел Наркомздрава СССР. Аптечное дело было сформировано в организованную систему.

Известные аптекари мира

См. также

Напишите отзыв о статье "Аптекарь"

Ссылки

  • [www.allpravo.ru/library/doc76p0/instrum3732/item3903.html Развитие санитарно-медицинской полиции в России]
  • Марчукова С. М. [www.bibliotekar.ru/421/63.htm Аптекарский приказ] // Медицина в зеркале истории

Отрывок, характеризующий Аптекарь

– Господа! – сказал дрогнувший голос государя; толпа зашелестила и опять затихла, и Пьер ясно услыхал столь приятно человеческий и тронутый голос государя, который говорил: – Никогда я не сомневался в усердии русского дворянства. Но в этот день оно превзошло мои ожидания. Благодарю вас от лица отечества. Господа, будем действовать – время всего дороже…
Государь замолчал, толпа стала тесниться вокруг него, и со всех сторон слышались восторженные восклицания.
– Да, всего дороже… царское слово, – рыдая, говорил сзади голос Ильи Андреича, ничего не слышавшего, но все понимавшего по своему.
Из залы дворянства государь прошел в залу купечества. Он пробыл там около десяти минут. Пьер в числе других увидал государя, выходящего из залы купечества со слезами умиления на глазах. Как потом узнали, государь только что начал речь купцам, как слезы брызнули из его глаз, и он дрожащим голосом договорил ее. Когда Пьер увидал государя, он выходил, сопутствуемый двумя купцами. Один был знаком Пьеру, толстый откупщик, другой – голова, с худым, узкобородым, желтым лицом. Оба они плакали. У худого стояли слезы, но толстый откупщик рыдал, как ребенок, и все твердил:
– И жизнь и имущество возьми, ваше величество!
Пьер не чувствовал в эту минуту уже ничего, кроме желания показать, что все ему нипочем и что он всем готов жертвовать. Как упрек ему представлялась его речь с конституционным направлением; он искал случая загладить это. Узнав, что граф Мамонов жертвует полк, Безухов тут же объявил графу Растопчину, что он отдает тысячу человек и их содержание.
Старик Ростов без слез не мог рассказать жене того, что было, и тут же согласился на просьбу Пети и сам поехал записывать его.
На другой день государь уехал. Все собранные дворяне сняли мундиры, опять разместились по домам и клубам и, покряхтывая, отдавали приказания управляющим об ополчении, и удивлялись тому, что они наделали.

Наполеон начал войну с Россией потому, что он не мог не приехать в Дрезден, не мог не отуманиться почестями, не мог не надеть польского мундира, не поддаться предприимчивому впечатлению июньского утра, не мог воздержаться от вспышки гнева в присутствии Куракина и потом Балашева.
Александр отказывался от всех переговоров потому, что он лично чувствовал себя оскорбленным. Барклай де Толли старался наилучшим образом управлять армией для того, чтобы исполнить свой долг и заслужить славу великого полководца. Ростов поскакал в атаку на французов потому, что он не мог удержаться от желания проскакаться по ровному полю. И так точно, вследствие своих личных свойств, привычек, условий и целей, действовали все те неперечислимые лица, участники этой войны. Они боялись, тщеславились, радовались, негодовали, рассуждали, полагая, что они знают то, что они делают, и что делают для себя, а все были непроизвольными орудиями истории и производили скрытую от них, но понятную для нас работу. Такова неизменная судьба всех практических деятелей, и тем не свободнее, чем выше они стоят в людской иерархии.
Теперь деятели 1812 го года давно сошли с своих мест, их личные интересы исчезли бесследно, и одни исторические результаты того времени перед нами.
Но допустим, что должны были люди Европы, под предводительством Наполеона, зайти в глубь России и там погибнуть, и вся противуречащая сама себе, бессмысленная, жестокая деятельность людей – участников этой войны, становится для нас понятною.
Провидение заставляло всех этих людей, стремясь к достижению своих личных целей, содействовать исполнению одного огромного результата, о котором ни один человек (ни Наполеон, ни Александр, ни еще менее кто либо из участников войны) не имел ни малейшего чаяния.
Теперь нам ясно, что было в 1812 м году причиной погибели французской армии. Никто не станет спорить, что причиной погибели французских войск Наполеона было, с одной стороны, вступление их в позднее время без приготовления к зимнему походу в глубь России, а с другой стороны, характер, который приняла война от сожжения русских городов и возбуждения ненависти к врагу в русском народе. Но тогда не только никто не предвидел того (что теперь кажется очевидным), что только этим путем могла погибнуть восьмисоттысячная, лучшая в мире и предводимая лучшим полководцем армия в столкновении с вдвое слабейшей, неопытной и предводимой неопытными полководцами – русской армией; не только никто не предвидел этого, но все усилия со стороны русских были постоянно устремляемы на то, чтобы помешать тому, что одно могло спасти Россию, и со стороны французов, несмотря на опытность и так называемый военный гений Наполеона, были устремлены все усилия к тому, чтобы растянуться в конце лета до Москвы, то есть сделать то самое, что должно было погубить их.
В исторических сочинениях о 1812 м годе авторы французы очень любят говорить о том, как Наполеон чувствовал опасность растяжения своей линии, как он искал сражения, как маршалы его советовали ему остановиться в Смоленске, и приводить другие подобные доводы, доказывающие, что тогда уже будто понята была опасность кампании; а авторы русские еще более любят говорить о том, как с начала кампании существовал план скифской войны заманивания Наполеона в глубь России, и приписывают этот план кто Пфулю, кто какому то французу, кто Толю, кто самому императору Александру, указывая на записки, проекты и письма, в которых действительно находятся намеки на этот образ действий. Но все эти намеки на предвидение того, что случилось, как со стороны французов так и со стороны русских выставляются теперь только потому, что событие оправдало их. Ежели бы событие не совершилось, то намеки эти были бы забыты, как забыты теперь тысячи и миллионы противоположных намеков и предположений, бывших в ходу тогда, но оказавшихся несправедливыми и потому забытых. Об исходе каждого совершающегося события всегда бывает так много предположений, что, чем бы оно ни кончилось, всегда найдутся люди, которые скажут: «Я тогда еще сказал, что это так будет», забывая совсем, что в числе бесчисленных предположений были делаемы и совершенно противоположные.
Предположения о сознании Наполеоном опасности растяжения линии и со стороны русских – о завлечении неприятеля в глубь России – принадлежат, очевидно, к этому разряду, и историки только с большой натяжкой могут приписывать такие соображения Наполеону и его маршалам и такие планы русским военачальникам. Все факты совершенно противоречат таким предположениям. Не только во все время войны со стороны русских не было желания заманить французов в глубь России, но все было делаемо для того, чтобы остановить их с первого вступления их в Россию, и не только Наполеон не боялся растяжения своей линии, но он радовался, как торжеству, каждому своему шагу вперед и очень лениво, не так, как в прежние свои кампании, искал сражения.
При самом начале кампании армии наши разрезаны, и единственная цель, к которой мы стремимся, состоит в том, чтобы соединить их, хотя для того, чтобы отступать и завлекать неприятеля в глубь страны, в соединении армий не представляется выгод. Император находится при армии для воодушевления ее в отстаивании каждого шага русской земли, а не для отступления. Устроивается громадный Дрисский лагерь по плану Пфуля и не предполагается отступать далее. Государь делает упреки главнокомандующим за каждый шаг отступления. Не только сожжение Москвы, но допущение неприятеля до Смоленска не может даже представиться воображению императора, и когда армии соединяются, то государь негодует за то, что Смоленск взят и сожжен и не дано пред стенами его генерального сражения.
Так думает государь, но русские военачальники и все русские люди еще более негодуют при мысли о том, что наши отступают в глубь страны.
Наполеон, разрезав армии, движется в глубь страны и упускает несколько случаев сражения. В августе месяце он в Смоленске и думает только о том, как бы ему идти дальше, хотя, как мы теперь видим, это движение вперед для него очевидно пагубно.
Факты говорят очевидно, что ни Наполеон не предвидел опасности в движении на Москву, ни Александр и русские военачальники не думали тогда о заманивании Наполеона, а думали о противном. Завлечение Наполеона в глубь страны произошло не по чьему нибудь плану (никто и не верил в возможность этого), а произошло от сложнейшей игры интриг, целей, желаний людей – участников войны, не угадывавших того, что должно быть, и того, что было единственным спасением России. Все происходит нечаянно. Армии разрезаны при начале кампании. Мы стараемся соединить их с очевидной целью дать сражение и удержать наступление неприятеля, но и этом стремлении к соединению, избегая сражений с сильнейшим неприятелем и невольно отходя под острым углом, мы заводим французов до Смоленска. Но мало того сказать, что мы отходим под острым углом потому, что французы двигаются между обеими армиями, – угол этот делается еще острее, и мы еще дальше уходим потому, что Барклай де Толли, непопулярный немец, ненавистен Багратиону (имеющему стать под его начальство), и Багратион, командуя 2 й армией, старается как можно дольше не присоединяться к Барклаю, чтобы не стать под его команду. Багратион долго не присоединяется (хотя в этом главная цель всех начальствующих лиц) потому, что ему кажется, что он на этом марше ставит в опасность свою армию и что выгоднее всего для него отступить левее и южнее, беспокоя с фланга и тыла неприятеля и комплектуя свою армию в Украине. А кажется, и придумано это им потому, что ему не хочется подчиняться ненавистному и младшему чином немцу Барклаю.
Император находится при армии, чтобы воодушевлять ее, а присутствие его и незнание на что решиться, и огромное количество советников и планов уничтожают энергию действий 1 й армии, и армия отступает.
В Дрисском лагере предположено остановиться; но неожиданно Паулучи, метящий в главнокомандующие, своей энергией действует на Александра, и весь план Пфуля бросается, и все дело поручается Барклаю, Но так как Барклай не внушает доверия, власть его ограничивают.
Армии раздроблены, нет единства начальства, Барклай не популярен; но из этой путаницы, раздробления и непопулярности немца главнокомандующего, с одной стороны, вытекает нерешительность и избежание сражения (от которого нельзя бы было удержаться, ежели бы армии были вместе и не Барклай был бы начальником), с другой стороны, – все большее и большее негодование против немцев и возбуждение патриотического духа.
Наконец государь уезжает из армии, и как единственный и удобнейший предлог для его отъезда избирается мысль, что ему надо воодушевить народ в столицах для возбуждения народной войны. И эта поездка государя и Москву утрояет силы русского войска.
Государь отъезжает из армии для того, чтобы не стеснять единство власти главнокомандующего, и надеется, что будут приняты более решительные меры; но положение начальства армий еще более путается и ослабевает. Бенигсен, великий князь и рой генерал адъютантов остаются при армии с тем, чтобы следить за действиями главнокомандующего и возбуждать его к энергии, и Барклай, еще менее чувствуя себя свободным под глазами всех этих глаз государевых, делается еще осторожнее для решительных действий и избегает сражений.

wiki-org.ru

История фармацевтического дела в России: первые аптеки, первые аптекари

Несомненно, Май богат на эпохальные события, перевернувшие ход мировой истории. Однако, всем, кто получил фармацевтическое образование, кто работает в аптеках или на фармацевтическом производстве, кто связан с нашей фармацевтической отраслью, интересно будет узнать, что Май по праву может считаться месяцем, с которого началась история фармацевтического дела в России. Давайте окунемся в историю становления аптечного дела на Руси.
Первое упоминание об аптекаре в российских документах относится к 30-м годам XVI в. Еще в 1534 г., стремясь преодолеть вековую отсталость страны, русское правительство послало своего агента Ганса Шлитте с поручением пригласить на царскую службу большую группу специалистов, в т.ч. четырех врачей и четырех фармацевтов. Миссия Шлитте натолкнулась на недоброжелательное отношение со стороны соседей России, опасавшихся ее культурного и экономического возрождения. Несмотря на чинимые препятствия, некоторой части приглашенных специалистов удалось все-таки перебраться через границу и прибыть в Москву.
Неизвестно, были ли среди них врачи и фармацевты, как предусматривалось в инструкции, но уже через шесть лет после упомянутого события в Никоновской летописи за 1533 г. упоминается аптекарь Матиас ("Матюшка-аптекарь"). Известный историк фармации П.Шпер считает запись в Никоновской летописи первым упоминанием о специалисте-фармацевте в Московском государстве.
Вторым придворным аптекарем, имя которого сохранилось в исторических документах, является Арент Классен (по другим данным Клаузенд), служивший до этого времени сорок лет в великокняжеской аптеке. Упоминание о нем имеется в книге немецкого путешественника Петрюса, где последний приводит показания свидетелей по делу Лжедмитрия. Одним из таких свидетелей был «старый голландский аптекарь Арент Классен, служивший до этого времени сорок лет в великокняжеской аптеке...» Свои показания свидетели давали в 1606 г. Следовательно, если справедливо утверждение Петрюса, Арент Классен поступил на службу при царском дворе в 1566 г., то есть задолго до приезда в Москву Д.Френчема. Аптекарь Классен упоминается также в книге "О смутном в России времени" как один из уважаемых в Москве иностранцев начала XVII столетия, много лет отдавший царской службе. Арент Классен умер в 1620 г., а один из его сыновей служил в это время придворным аптекарем.
По-видимому, и аптека (тогда это особое помещение, где хранился запас медикаментов, называлось «казенка») при царском дворе существовала еще до приезда Френчема в Москву, но представляла настолько скромное заведение, о существовании которого знал только узкий круг придворных. Запас медикаментов во дворце пополнялся за счет поставок из-за рубежа лекарственных средств, как правило, уже в готовом виде. Поэтому аптекарю не приходилось подвергать их технологическим операциям, требовавшим более или менее сложного оборудования. Помещение состояло из стола, нескольких ступок и шкафов для посуды и сосудов с лекарственными средствами. Это невзрачное помещение никак не гармонировало с пышной роскошью царского дворца и, по-видимому, данное обстоятельство послужило причиной обращения Ивана Грозного к английской королеве за помощью в создании современной дворцовой медицинской службы и достойной придворного статуса аптеки.
В ответ на просьбу русского царя королева прислала в Россию своего лейб-медика Роберта Якоби с группой медиков и фармацевтов, из которых история сохранила только имя аптекаря Джеймса Френчема. Именно с помощью английских фармацевтов и была открыта дворцовая аптека, поражавшая современников своим великолепием. Это событие произошло, 19 мая 1581 г. Указанная дата может считаться началом аптечного дела в России.

В апреле 2013 года  Обращение Оргкомитета Международной премии аптекарей к Президенту РФ по учреждению в стране Дня фармацевта и провизора поступило в Управление Президента Российской Федерации по работе с обращениями граждан и организаций, и было направлено на рассмотрение Правительства РФ. После экспертизы Минтруда Обращение изучили в Минздраве России, где инициативу поддержали — и решили распространить ее на все фармацевтическое сообщество.
Департамент регулирования обращения лекарственных средств Минздрава России предложил расширить круг субъектов праздника и дать ему официальное название «День работника фармацевтической отрасли».
В качестве альтернативы Минздрав также предложил закрепить дату профессионального праздника с названием «День работника фармацевтической отрасли» на 19 мая, поскольку именно в этот день в 1581 году в Кремле была открыта первая царская аптека».
Предполагается, что «День работника фармацевтической промышленности» станет профессиональным праздником для фармацевтов, провизоров, разработчиков лекарственных средств, инженеров-технологов фармацевтических предприятий, экономистов и других работников отрасли.

Первая царская аптека помещалась в кремлевских палатах напротив Чудова монастыря. Своей роскошью и великолепием она поражала даже иностранцев, повидавших лучшие европейские аптеки. Известный путешественник Шлейзвинг, посетивший Москву во второй половине ХVII столетия, писал по этому поводу следующее: "Там я видел стеклянные сосуды из лучшего хрусталя, прекрасно отполированные и украшенные резьбой, серебряные витрины и много позолоченных инструментов, банки и другие необходимые аптечные принадлежности из лучшего серебра и золота. При этом все расположено в образцовом порядке, так что я, не задумываясь, могу сказать, что нигде не приходилось видеть подобных аптек, хотя, скажу без преувеличения, я изъездил почти все страны".
Царская аптека на протяжении многих лет снабжала лекарствами только царя и его семью, в редких случаях лекарства отпускались по письменному ходатайству видным боярам. Иностранное слово аптека не сразу прижилось при дворе. Некоторое время ее продолжали называть по старому казенкой.
Первая аптека в России долгое время оставалась и единственной. Рядовые граждане и даже представители боярства вынуждены были приобретать лекарства у знахарей, на рынках, в зелейных лавках и зеленных рядах. Такая внеаптечная, бесконтрольная торговля лекарственными средствами сопровождалась многочисленными случаями отравлений - умышленными и неумышленными. Только через девяносто лет после открытия царской аптеки в правительственных кругах, наконец, созрело мнение о необходимости открытия аптеки для населения Москвы. К этому времени при Аптекарском приказе был создан необходимый запас медикаментов, для хранения которого устраиваются два больших склада.
Через два года после завершения строительства последнего из них, в марте 1672 г. вышел царский указ, в котором было сказано: "...на новом гостинном дворе - где Приказ Большого Приходу, очистить палаты, а в тех палатах указал великий Государь построить аптеку для продажи всяких лекарств всяких чинов людям по указной книге", т.е. по твердо фиксированной таксе.
Новая аптека (она так и называлась официально для отличия от царской аптеки, которую в дальнейшем будут называть Старой) возникла в многолюдной части Москвы, на Ильинке, в непосредственной близости от Красной площади. В августе 1672 г. ее строительство в основном было закончено. В январе Ягану Гутменшу, назначенному управляющим Новой аптекой, дается распоряжение переписать все аптекарские товары, а 18 февраля 1673 г. Гутменш получил памятную записку о том, что вышел указ об открытии Новой аптеки: "В нынешнем во 181-м году февраля в 18 день Великий Государь Царь... указал в Новой аптеке на гостинном дворе продавать водки и спирты и всякие лекарства всяких чинов людям и записывать в книги, а деньги иметь по цене против указной книги...". По традиции, а также по причине более низких цен, население Москвы после открытия Новой аптеки продолжало приобретать лекарства нa рынках. В Новой аптеке все чаще стали отмечаться случаи хищения медикаментов и продажи их владельцам москательных и зелейных лавок. Это обстоятельство вызвало указ от 28 февраля 1673 г., который гласил: "...велено учинить приказ крепкий, чтобы в рядах москательном и в овощном и в зелейных тех рядов торговые люди аптекарских лекарств, которые продаются из Старой и Новой аптеки, что на Новом гостинном дворе, в лавках не держали и не продавали... чтоб от того людям никакого повреждения и в продаже в Новой аптеке великого Государя казне порухи не было".
Выполнение этого указа не было должным образом проконтролировано, и через некоторое время внеаптечная торговля в Москве вновь возобновилась. Вторично она была запрещена Петром I в начале ХVIII века после неприятного случая с отравлением боярина Салтыкова. В 1701 году был издан целый ряд указов, которые по выражению историков, "смыли пятна варварства с русского народа". Указы были простыми и доходчивыми. Указом от 27 октября 1701 года Петр I решил судьбу лавок в "зелейном ряду, которым приказано отныне "не быть", самим же торговцам велено покинуть лавки". А через месяц последовал новый указ об открытии в Москве восьми вольных аптек.
"1701 год. Ноябрь 22
. Указ о постройке в Москве вновь восьми аптек... о ведании новых аптек Посольскому приказу и о небытии зелейных лавок. Построить те аптеки в Китае, и в Белом, и в Земляном городах, на больших проезжих и пространных и многолюдных улицах без всякого утеснения". Таким образом, Петр I велел планомерно распределить восемь аптек по разным наиболее многолюдным частям Москвы.
Открытие всех восьми аптек произошло не одновременно, а на протяжении нескольких лет. Каждый аптекарь на устройство аптеки должен был получить царскую грамоту. Грамоты аптекарям изготовлялись с особой тщательностью и роскошью в Посольском Приказе. А поскольку дело новое, государственное, то для большей значимости текст был писан вычурным шрифтом и не отличался легкостью слога, что, впрочем, скрашивалось красивым обрамлением в акварельных травах и цветках. Не мешкая, в ноябре того же 1701 года была выдана первая привилегированная грамота. Ее обладателем стал алхимист Аптекарского приказа Иоганн Готфрид Грегори. "... Для построения в Ново немецкой слободе аптеки и о продаже в оной всяких лекарств... однако ж, принужден он объявить и сие, чтоб кроме него в этой слободе иным никому вновь аптек не заводить, и из домов своих никому никаких лекарств тайно и явно не продавать"... По указу царя, вновь испеченному обладателю грамоты алхимисту Грегори был предоставлен вместительный дом, который Аптекарский приказ приобрел у братьев Ильи и Дениса Болсов.
Второй грамотой был жалован Даниил Гурчин " ...велено ему для народной пользы ... в граде Москве иметь аптеку..." Аптека была выстроена Гурчиным на собственные средства, но на выделенной ему земле "из Стрелецких мест за Никольскими воротами в Белом городе, на большой мостовой (т.е. мощеной бревнами) Мясницкой улице". Устав тоже предельно прост: "Держать всякие потребные лекарства для скорбящих и в болезни сущих. Целительные спирты и водки и иные лекарственные вещи, покупать ему за морем за свои деньги... И то все продавать... ценою мерною..."
Потом были выданы грамоты "с цветочным орнаментом" "иноземцу цесарской земли" Гавриилу Саульсу, изучавшему аптечное дело в Голландии. Он открыл аптеку в 1703 г у Покровских ворот. Четвертой грамотой был обласкан Михаил Арникель, открывший аптеку за Варварскими воротами. Пятая грамота досталась Алексею Меркулову в 1709 году, и ей москвичи обязаны новой аптекой на Пречистенке. Шестая - Аврааму Руту, который в 1712 году открыл аптеку за старым Каменным мостом. Седьмая, также в 1712 году была открыта Гавриилом Бышевским на Варварке. И, наконец, восьмая аптека была открыта Альбертом Цандером в 1713 году на Сретенской улице. На все восемь аптек ушло без малого двенадцать лет.
Каковы они были, первые частные московские аптеки, сведений почти нет. Известно, что царские аптеки щеголяли роскошью обстановки. Современники говорили о богатой посуде и дорогой мебели.

Долгое время аптека считалось уделом иностранцев. "Русские неохотно берутся за аптекарское дело, потому что только немецкое терпение и аккуратность могут справиться с этим делом", - так считали еще в 1864 году. Каким же был первый русский московский аптекарь? О первом русском аптекаре Данииле Гурчине сведений крайне мало. Был ли он  доктором так и неясно, поскольку после открытия аптеки он именовал себя исключительно "аптекарем Его Царского Величества"
Аптека Даниила Гурчина не долго была под началом "аккуратного и терпеливого" русского. В 1764 году ее приобрел Тобиас Майер, спустя год ее владельцем стал Иоахим Май, затем ее купили Готлиб Гильдебрант и Андрей Линдграф.  В 1832 году аптека перешла во владение Карла Ивановича Ферейна - основателя знаменитой династии.
*Данная статья была подготовлена на основе материалов доктора фармацевтических наук В.Ф.Семенченко, кандидата фармацевтических наук В.М.Сало, данных сайта ГМЦ РАН, статьи журнала «Российские аптеки», а также материалов других историков, имеющих многолетний опыт работы в области истории фармации.

klimanoff.livejournal.com

Аптекарь — История World of Warcraft, Hearthstone и Heroes of the Storm

Женщина-аптекарь

Источник информации в этой секции – руководства к настольным играм по вселенной Warcraft.

В WoWRPG термин "apothecary" также используется в качестве профессии, но классом и типом знахарей он является только среди Отрёкшихся.

Аптекарями (англ. apothecary) называют знахарей Отрекшихся, которые встали на этот уникальный путь, выбранный для ведения войн. Аптекари оказывают поддержку солдатам, создавая алхимические зелья и эликсиры для исцеления и усиления своих союзников, и редко сражаются в первых рядах. Их целительные способности[1] оказываются весьма полезными как для живых союзников, так и для тех, кто был освобожден из-под власти Короля-Лича, но в то же время могут быть смертельными для созданий Плети. Если аптекари вынуждены вступить в прямой бой, они применяют усиливающие эликсиры и свои зачарованные кинжалы.

Вспоминая о знахарях, мало кто представляет себе Отрёкшегося. Среди этого народа нежити есть несколько сильнейших алхимиков Азерота, которым нет нужды взывать к духам вуду, прося помощи, или разбираться в том, что тролли называют "моджо". Однако, они по-прежнему обладают знаниями, как усилить собственные зелья, и называют себя аптекарями. В будущем некоторые из них смогут стать темными аптекарями.

Аптекарь - иссохший Отрекшийся, правящий в своей лаборатории. Таинственные вещества пузырятся в колбах и котлах, наполняя воздух отвратительными испарениями, а мерзкие создания из плоти сотрясают черные клетки, в которых заперты.[2]

Смотрите также

  1. ↑ Healing domain, смотрите Школы магии
  2. ↑ Horde Player's Guide, стр. 17 и 203

rpwiki.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о